Перед большинством родителей, чей ребенок начал учиться в школе, неминуемо встают вопросы: Как следует относиться к школьным отметкам? Как реагировать на мнение учителя о ребенке? Следует ли помогать ребенку в учебе дома или нет? и т.п. Обычно ответы на эти вопросы определяются полуосознанным и полузабытым школьным опытом самих родителей. Ведь фигура учителя для многих взрослых продолжает оставаться символом контроля и источником тревожности.

ДАЙДЖЕСТ
Интригует уже авторское предисловие новой книги Валерия Соловья «Кровь и почва русской истории». «В Интернете порою встречается предупреждение: «Содержимое этого сайта может повредить ваш компьютер». Точно так же книга, которую держит в руках читатель, опасна для заскорузлых и самодовольных умов, – предупреждает автор. – Лучше не читать её тем, кто способность самостоятельно мыслить подменил «самоочевидным» знанием, а тревожащий поиск истины – успокоительным и привычным ярмом интеллектуальных и культурных предрассудков». Такое предупреждение далеко не лишнее, вспоминая порой неадекватную реакцию на предшествующий труд В.Д. Соловья «Русская история: новое прочтение». Но ведь «мысль – только пища мыслей новых, но голод их неутолим»… Это подтверждают и отрывки из книги, публикуемые в «Дайджесте «ЛГ»

1. Во время сна мы парализованы
Хотите верьте, хотите нет, но наше тело практически парализовано во время сна, в основном для того, чтобы тело не повторяло движений, которые происходят во сне.
2. Внешние раздражители влияют на наши сны
Каждый из нас хоть раз испытал это на себе: подсознание делает частью сна физическое ощущение, которое мы испытываем в данный момент. Людям, испытывающим жажду, подсознание "подкидывает" образ стаканы воды. Они пытаются напиться (во сне, разумеется), вновь испытывают жажду, вновь видят стакан воды и так далее - пока не проснутся и не поймут, что действительно хотят пить и напьются уже в реальном мире. Таким образом, подсознание "подсказывает", что нужно проснуться.

Виктор ЧУМАКОВ, член Межведомственной комиссии по русскому языку, редактор журнала «Народное образование»
Реформа орфографии 1917–1918 годов довольно быстро осуществилась в границах РСФСР и СССР. Правительство В.И. Ленина в конце концов облекло её в форму декрета – законодательного акта, – противиться которому в обстановке классового противостояния было крайне опасно. Однако за границей, где проживали десятки миллионов русских, старая орфография с её ятем, фитой, десятеричным и (i), ижицей сохранялась десятилетиями. И лишь ер (твёрдый знак) в конце слова, оканчивающегося на согласную букву, был упразднён относительно быстро. В Центре Русской православной церкви заграницей, в американском Джорданвилле, кириллица образца 1916 года жива до сих пор, и на ней печатается русскоязычная газета и многое другое.
Нам, живущим в России уже в XXI веке, снова приходится возвращаться к непраздному вопросу. Почему крупнейшие учёные-лингвисты и философы с 1904 года и до 1917-го не смогли прийти к полному согласию, а реформа состоялась через их головы? Что мы потеряли, вводя новую орфографию?

В 1836–1837 годах была проведена одна из самых гнусных операций, подобных тем, что в наше время получили название «чёрный пиар». Жертвой пал Пушкин – человек, ставший чуть ли не синонимом целой России, уже тогда и сам меривший себя именно этой мерой: «Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой».

А уже потом чёрнопиаровская эта затея, вольно или невольно, многократно многие годы и многими усилиями многих – а в наши дни ещё и дополнительно – закрепилась: особенно после ставших известными писем Дантеса к Геккерну. Недавно эти письма вместе с рядом сопутствующих документов собраны и изданы итальянской исследовательницей Сереной Витале и научным сотрудником Пушкинского Дома Вадимом Старком в книге «Чёрная речка. До и после».

Обращение словесников к единомышленникам и властям
Система ЕГЭ и объявленное недавно выведение литературы в область, по сути, факультативного изучения грозят серьёзным и необратимым подрывом национальной культуры. Такая образовательная политика может вырастить только беспомощных и дезориентированных исполнителей чужих распоряжений.

НАБОЛЕЛО
Экзамен по литературе теперь сдают только желающие
Валентин НЕДЗВЕЦКИЙ, доктор филологических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова

Можно ли постигнуть формы и дух, лингвистическую неповторимость и красоту русского языка без самого совершенного его проявления – русской литературно-художественной речи?